18:28 

Опасная игра

House of York
Название: Опасная игра
Автор: Команда ПС
Бета: Команда ПС
Тип: джен
Рейтинг: PG-13
Персонажи: Рабастан Лестрейндж, Рудольфус Лестрейндж, Регулус Блэк, Эван Розье
Жанр: драма
Размер: мини (ок. 24 тыс. знаков)
Дисклеймер: все права на персонажей принадлежат Дж.К. Роулинг
Саммари: В детстве все мальчишки играют в войнушку. Уничтожить врага, спасти товарища, сражаться за своих и верить только в свою правду. Все просто, и всегда можно остановиться. Но с годами игры становятся опаснее, и выйти из них можно только ценой собственной жизни.
Тема задания: Фик написан на тему «О том, как вчерашние школьники ввязались в войну, полагая, что это всего лишь забавное времяпровождение, а также о том, как они пытались из нее выйти»
Предупреждение: смерть персонажа
Примечание 1: фик написан на командный конкурс «Битва за Англию».
Примечание 2: за этот фик нужно голосовать по критерию «Раскрытие военной темы – личное» (и еще, разумеется, за общее впечатление)



1.

Август 1979 г.


Рудольфус сказал, что, прежде чем принять решение, я должен очень хорошо подумать – выйти из игры будет невозможно. А когда мой брат говорит, что что-то невозможно, значит это действительно так. Я вполне склонен верить ему. Но о каких раздумьях может быть речь, когда меня наконец-то принимают в Организацию?

Лорд вызвал меня к себе еще утром, и мы долго разговаривали о каких-то мелочах, вроде самочувствия моего батюшки и кадровых перестановках в Министерстве, но одно было ясно точно: милорд совершенно явно давал понять, что готов принять меня в боевую группу. На самом деле, это большое событие. Я бы даже сказал, наиважнейшее в моей жизни. Несмотря на то, что Руди меня активно пропихивал в свой отдел, я сумел уговорить Беллатрикс попробовать меня на боевика… и она, кажется, впечатлилась. Так что совсем скоро я приступлю к тренировкам, а там и до боевых вылазок недалеко. Регулус, которого приняли в группу несколько месяцев назад (надо сказать, сразу после окончания школы, и мне кажется, что это исключительно из-за его фамилии), перестанет напускать на себя загадочный вид, как только речь будет заходить об Организации. Не то чтобы мне это мешало, но Блэков нужно порой опускать с небес на землю. Теперь только Эван остался вне игры, хотя, думаю, это ненадолго. Когда Регулуса только собирались взять в Организацию, у нас случился прелюбопытнейший разговор.


***

Кажется, мы тогда шатались по Косому переулку, размышляя, чем бы себя развлечь. Заглянув в парочку никому не нужных магазинов, мы вдруг оказались в Лютном переулке, где Блэк отыскал самый занюханный паб и втолкнул нас внутрь. Стоило нам устроиться за столиком в плохо освещенном углу и заказать огневиски (это в разгар белого дня-то!), Регс с нескрываемым удовольствием поведал нам об утреннем визите Лорда в Блэк-Холл, в ходе которого и стало известно, что его берут в Организацию.
– Признаться, я сначала даже не поверил! – Регулус картинно ухмыльнулся, намеренно избегая моего взгляда. Уж мне ли было не знать, как давно он бредил Черной Меткой на левом предплечье. – Я имею в виду, мы же совсем недавно ТРИТОНы сдали… и сразу в гущу событий. С корабля на бал, в каком-то смысле.

В серых глазах Блэка плясали жесткие огоньки… или же это были просто отсветы свечей? Я глотнул отвратительного пойла, которое там называли огневиски, и на мгновенье показалось, что где-то в глубине стакана плескалась моя горьковатая зависть.

– Ты – Блэк. У тебя много привилегий, – ровно произнес Розье, окинув брезгливым взглядом зал паба. – К тому же, только у тебя хватило ума громко заявить о том, что идеология Пожирателей смерти – единственная приемлемая для чистокровного мага… И где? В Большом Зале Хогвартса, прямо под носом у Дамблдора! Думаю, Лорд оценил твою смелость.

Регулус пожал плечами.
– Я действительно так считаю. А Дамблдор мне ничего сделать не мог. Ни тогда, ни – тем более – сейчас. В любом случае, я горжусь своей причастностью к Идее и сделаю все, чтобы воплотить ее в жизнь, как, впрочем, и любой другой Пожиратель... – Регс многозначительно кивнул и выжидающе посмотрел на меня: – Рабастан, что скажешь?

А что я мог сказать? Что теперь у Регулуса начнется настоящая, интересная жизнь, наполненная тренировками, боевыми заклинаниями, террористическими акциями, стычками с аврорами и прочими захватывающими событиями? Я завидовал, я невероятно завидовал ему, но признаться в этом не мог никому, кроме себя.

В глубине души я чувствовал обиду на брата… Вроде как Рудольфус являлся чуть ли не правой рукой Лорда, но Блэка все-таки приняли, а меня нет. Парадокс. Стараясь сделать хорошую мину при плохой игре, выдавил из себя улыбку:
– Будешь учить меня новым заклинаниям. Надо же быть подготовленным, когда меня возьмут в боевую группу.

Регулус снова пожал плечами и беспечно произнес:
– Знаешь, я думаю, Руди возьмет тебя к себе. Вроде как Лорд намекал на это в нашем утреннем разговоре. Но ты не переживай. Внешняя разведка – тоже крайне увлекательно. Легенды, шифровки, конспирация… думаю, тебе понравится.

Мне пришлось приложить все усилия, чтобы не швырнуть в Блэка каким-нибудь особо мерзким заклинанием. Регулус резал по живому, подтверждая мои опасения насчет роли брата в моей судьбе. Сколько раз просил Рудольфуса не совать нос не в свое дело…

Эван бросил на меня короткий взгляд и, будто чувствуя, что атмосфера накаляется, примирительно поднял стакан с огневиски, к которому так и не притронулся с самого начала разговора:
– Предлагаю выпить за будущий успех первой совместной боевой акции, которая, я уверен, произойдет совсем скоро, – и, подумав немного, он с сардонической улыбкой на губах добавил: – Этот мир стал слишком скучным – мы должны его растрясти!

***

Признаться, тогда мне даже не могло придти в голову, что все это действительно случится. Но, сидя в кабинете Лорда сегодня утром и слушая, как он объясняет, в чем преимущества боевых магов по отношению ко всем остальным, я чувствовал полное моральное удовлетворение. Отныне моя жизнь должна была измениться.

Я это знал и ждал с нетерпением.

2.

Декабрь 1979 г.


Первая стычка с врагами не имела ничего общего с моими прежними представлениями: ничего романтического в раненых и истекающих кровью товарищах не было, как и в тех убитых мною ребятах из Ордена… которые еще недавно учились со мной в одной школе. Однако выбора у меня не было: либо они, либо я. Я не раздумывал дважды.

Впрочем, ничего ужасного в Непростительных заклятиях не было. Порой мне даже казалось, что «Авада Кедавра» намного милосерднее тех многочисленных колющих, режущих и обжигающих заклятий, которые мы ежедневно часами отрабатывали на полигоне.

Чем дальше развивались события, тем чаще мы устраивали терракты, набеги, налеты, тем больше сталкивались с аврорами и Орденом. Смерть преследовала нас по пятам, будто давая фору и догоняя попеременно. Каждый раз, когда казалось, что я на волоске на смерти, что-то спасало меня, отводило луч смертельного заклятия, сталкивало с его пути. И только ради этих моментов стоило жить: когда напротив тебя появляется враг, который в любой момент может тебя поймать, запытать или убить, и закипает кровь в венах.

То, что Орденцы и авроры не использовали Непростительные, оказалось враками, сказочками, рассказанными «Ежедневным Пророком» с целью обелить ту сторону – они пользовались ими не меньше, чем мы. Просто нас тренировали уклоняться от заклятий, избегать траектории их полета, чувствовать их приближение на основании изменений магического поля, нас учили невербальным чарам и упрощенным движениям, что помогало выиграть несколько секунд времени и обеспечить себе успех. Нас готовили к этому.

Мы терпели поражение достаточно редко, однако, потери случались и у нас; как ни странно, это только заводило, сосредотачивало. Никогда и ни в чем я не был столь эффективен – мои органы чувств и нервная система были напряжены до предела, остро реагируя на любой раздражитель; я был быстр, меток, дальновиден, внимателен, и даже хитер. Я успевал драться и думать о тактике ведения боя, обманывать врага и атаковать одновременно. Я по-настоящему жил.

***

На ту вылазку нас отправили втроем: Розье, Блэк и я. Мы должны были устранить какого-то высокопоставленного маггла, имевшего непосредственное отношение к Министерству: он то ли обеспечивал сотрудничество Министра с маггловским премьером, то ли еще чего… Признаться, я толком не понял. В общем, дело выеденного яйца не стоило, вот только скребло меня что-то весь вечер.

Аппарировали к дому этого деятеля, Розье во дворе оставили, а мы с Блэком прошли в дом и направились в разные комната, чтобы время выиграть и поскорее в штаб вернуться.

Орден то ли предупредили, то ли сами они догадались – наткнулись мы на засаду. Хотя и засадой-то это толком не назовешь: Сириус Блэк и приятель его толстый – Питер, вроде – поджидали нас в доме. Питера я даже убивать не стал, только приложил посильнее затылком об стенку, искренне надеясь, что череп ему проломил, да несколько парализующих наложил, чтобы он побольше в отключке провалялся. Расправившись с этим олухом, со всех ног бросился к Регулусу, хоть от него и не было никаких просьб о помощи.

В гостиной никого не было. По крайней мере, так мне показалось на первый взгляд. Я прислушивался и внимательно смотрел по сторонам, пытаясь различить что-нибудь в полумраке комнаты, когда внезапно услышал за спиной заклятие. Вот дурак, коридор не проверил. Дальше сработала только недавно приобретенная привычка: – рефлекторно нырнуть за диван, перекатиться и снова вскочить на ноги, при этом парировав еще одно заклинание защитой в высокой терции – тоже.

– Стой! – услышав окрик своего напарника, я перестал творить Режущее, ослепленный очень мощной красной вспышкой.

Посередине комнаты стоял обезоруженный Сириус, а Регулус держал его на прицеле. Я застыл с палочкой наготове, решив не вмешиваться в семейную сцену, но готовый в любую минуту отреагировать. Первым заговорил Сириус:
– Обезоружил меня, молодец. В плен возьмете или убьете сразу?

Регулус не ответил, только отошел в сторону на несколько шагов, чтобы лучше видеть комнату, все еще продолжая целиться в брата.

Конечно, я догадывался, что Сириус примкнул к Ордену, но сложно было представить подобную ситуацию: я совершенно не знал, что предпринять и нужно ли вообще; я был в замешательстве. Минуты тянулись медленно, будто увязая в вязкой патоке молчания. Тем временем у старшего Блэка затекли поднятые за голову руки, и он медленно начал их опускать. Регулус ничего не возразил.

– Эй, парни! А вы новенькие? Чего ждете? Давайте, долбаните меня уже чем-нибудь и дело с концом. Что у вас там есть в арсенале? «Круцио»? «Авада»? – Сириус никак не мог понять, почему противник так медлит, упуская драгоценные минуты.
– Непозволительная роскошь, – с отвращением выплюнул Регулус. Из-под маски его голос прозвучал так хрипло и сдавленно, что я с трудом расслышал.

Сириус удивленно наклонил голову, рассматривая врага, потом усмехнулся:
– А может, ты никогда не убивал никого? Знаешь, у меня младший брат был когда-то. Он, как и ты, часто очень хотел напакостить, но никогда не решался. Смелости не хватало.

В нескольких сантиметрах над ухом Сириуса просвистел зеленый луч, от которого тот инстинктивно отшатнулся. Регулус не хотел убивать брата, даже не ставил это своей целью, иначе он сейчас бы не промахнулся.

– Странный вопрос со стороны того, кто видел, как я убил этого маггла, – Регулус кивнул за спину Сириуса, где я, приглядевшись, обнаружил лежащее на полу тело. – А смелости у твоего брата было достаточно. Но, в отличие от тебя, у него еще были мозги и нежелание расстраивать матушку.

Продолжать смысла не было. Видимо, Сириус наконец-то понял, почему этот приглушенный голос и фигура в черной мантии казались ему такими знакомыми. Почему заклинание не попало в него. Почему он все еще был жив.

Ничего не добавив, Регулус отвесил брату шутливый поклон и с громким хлопком аппарировал. Спустя минуту, я последовал его примеру, одновременно пытаясь классифицировать поступок друга в своей системе ценностей: как боец, он проявил слабость, допустил ошибку, потерял время и к тому же отпустил врага. Действия совершенно недопустимые для боевика. Но Сириус все-таки оставался его братом…

Кажется, я впервые в жизни действительно понял преимущество нахождения с Руди в одном лагере. По крайней мере, не придется выбирать.

3.

Март 1980 г.


За оставленного в живых Сириуса Регулус получил от Лорда по полной – показательные «Круцио» и сменяющие друг друга нескончаемые дежурства были лишь самыми безобидными из наказаний. Лорд весьма ясно дал всем нам понять, что Организация и ее цели должны стоять превыше всего.

Конечно, гордого Регулуса немилость Лорда сильно ударила по самолюбию, отчего тот стал еще более замкнутым и надменным. Давно привыкнув к его характеру Регулуса, я не особо обращал на это внимание, продолжая относиться к нему как к своему другу. До того момента, как он стал намеренно лажать на вылазках, подставляя меня и Эвана.

Когда я чуть было не попался в лапы аврорам лишь потому, что Блэк не посчитал нужным их уничтожить до того, как они до меня доберутся (хотя он находился в укрытии и мог свободно действовать), я понял, что он опасен. По-настоящему, насколько может быть опасным ненадежный соратник. На рейдах мы перестали работать втроем – я знал, что могу положиться только на Эвана. Насчет Регулуса я уже не был уверен.

Тем вечером – после отчета перед Лордом – я ворвался в Блэк-Холл, чуть не разнеся огромную дубовую дверь мощнейшим заклинанием. Вообще после боя Беллатрикс всегда советовала сохранять как можно больше энергии и не тратить ее на бессмысленные бытовые заклятия, но во мне все кипело от ярости: я не понимал и не хотел понимать причины поведения Регулуса.

Младшего Блэка я обнаружил в гостиной перед камином. Он задумчиво смотрел на огонь и до последнего делал вид, что не замечает меня. Наконец – когда молчание затянулось и нарушило все рамки приличий – даже не поворачивая головы, Регулус спросил:
– Ты пришел сюда, чтобы сопеть над моим ухом? В таком случае, можешь уйти – я не нуждаюсь в подобных услугах, – в голосе его слышались стальные нотки, однако, я достаточно давно знал Регулуса, чтобы понять, что ему некомфортно.

Сделав глубокий вдох в попытке успокоиться, я опустился в кресло напротив:
– Ты хоть понимаешь, что очень сильно меня подставил? – голос вибрировал от напряжения, но я ничего не мог с собой поделать: – Ты хоть понимаешь, что меня могли убить? Какого дракла ты не заавадил тех авроров, пока была такая возможность?!!

Регулус отвел взгляд, уставившись куда-то в окно:
– Я не видел их лиц. У них были капюшоны, – и, заметив мое непонимание, добавил: – Среди них вполне мог быть Сириус…

Я очень долго осмысливал сказанное. Как-то с трудом укладывалось в голове, что лучший друг фактически отправил меня на смерть. Вот так вот просто потому, что мог ненароком задеть братца, которого всю жизнь люто ненавидел. Я имею в виду, он действительно ненавидел Сириуса, по крайней мере, он хотел, чтобы мы в это верили.

– Сириус – твой враг, когда ты поймешь это, дурья башка? – я сорвался на крик. Мне хотелось убить Регулуса прямо здесь и сейчас, задушить голыми руками. Кто бы мог подумать, что восторженный Блэк может оказаться предателем?

Регулус даже не шелохнулся:
– Мой самый главный враг – я сам. А Сириус… Он пытался всего лишь показать мне правильную дорогу.
– Что за чушь ты несешь?

Внезапное появление третьего персонажа в нашей интерлюдии оказалось весьма кстати. Эван вошел в гостиную, не обращая ни малейшего внимания на пищащего о «занятом хозяине» домовика.
– Рабастан прав, Регс. Ты противоречишь своим собственным убеждениям, – тихо, но твердо заметил Розье.
– Война затянулась. Мы убиваем просто так: потому что Лорду, Белле, Руди, Долохову и другим офицерам так хочется. Мы убиваем ради убийства, льем кровь ради крови. Мы становимся маниакально зависимыми от Непростительных, Идеи уже не осталось за всеми этими преступлениями. Не осталось никаких убеждений.
– И все же это тебя не оправдывает. Если бы не колоссальное везение Рабастана и чуточку моей сноровки, совершенно неизвестно, сидел ли бы он сейчас здесь.
– Я на это и рассчитывал: достаточно хорошо вас знаю, чтобы быть увереным в том, что с вами бы ничего не случилось, – бросив быстрый взгляд на Эвана, Регулус порывисто произнес: – Я хочу выйти из игры. Я устал. Я не хочу больше убивать. Я не могу больше убивать.

Повисла жесткая холодная тишина, лишь изредка прерываемая треском дров в большом камине. Потом на кухне грохнули кастрюли, заскрипела лестница, зашелестели портреты предков Регулуса и Эван мягко произнес:
– Я понимаю. Мне тоже порядком надоело все это, поверь. И, если бы я мог, я бы обязательно что-нибудь сделал…
– Парни, вы забываете одну единственную деталь, – я весьма бесцеремонно перебил приятеля. – Мы созданы для войны. Нас с самого начала тренировали и готовили для нее, разве не понятно?

Эван многозначительно кивнул и сложил руки на груди:
– Это так. Из этой войны просто так не выходят.
– Значит, я выйду не просто так, – прошептал Блэк, и показалось, будто я услышал в его словах тайну, которую он не рассказал.

Тайну, ради которой он готов был умереть.

4.

Декабрь 1980 г.


Слухи об исчезновении Регулуса оказались правдивыми – он действительно пропал без вести. Как рассказывал Эван, навестивший однажды Блэк-Холл, Вальбурга сошла с ума, увидев, как на семейном древе проявилась дата смерти младшего сына. Древние следовые заклятия на крови обмануть невозможно, и было совершенно очевидно, что Регулус погиб при неизвестных обстоятельствах. Впрочем, для Лорда они могли быть далеко не столь неизвестными, как для нас: в конце концов, легиллименцию никто не отменял, а окклюмент из Блэка был неважный – «засветил» свои пораженческие мысли перед Лордом и поплатился.

В попытках понять, имела ли смерть Регулуса какое-то отношение к нашему давнему разговору, я попросил Кричера отыскать и принести мне все возможные дневники Регса. Я знаю, он их вел с самых первых курсов Хогвартса. К моему великому удивлению, Кричер твердо отказался выполнить мою просьбу. Таким образом, узнать, за что же умер мой друг, отныне не представлялось возможным.

Со смертью Регулуса изменилось и наше боевое звено: к нам присоединился Барти Крауч – чокнутый на преданности Лорду жестокий фанатик. Он был надежен ровно настолько, насколько этого требовали поставленные Лордом задачи.

Возможно, именно он оказался причиной гибели Эвана.

В том рейде мы наткнулись на небольшой отряд авроров во главе с Аластором Грюмом. Мы проигрывали, а аппарировать не получалось – нас заключили под мощнейший анти-аппарационный купол. В общем, дело было дрянь. Я не успевал даже разработать тактику боя, просто швырялся во все стороны заклинаниями, надеясь, что хоть одно из них достигнет цели. Следить за напарниками не было ни возможности, ни времени. Поэтому, когда я заметил, как Барти, расправившись со своим противником, бросился к очередному аврору, вместо того, чтобы помочь Эвану, сражающемуся с тремя из них, я не поверил своим глазам. Он должен был сначала оказать помощь другу, прежде чем убивать врага.

Эван же, казалось, даже не сражался, скорее, танцевал между вспышками заклинаний, изящно уворачиваясь от каждого из них в самый последний момент. И так этот бой был не похож на столь присущую ему манеру молниеносных атак и сильных защит, что у меня волосы встали дыбом на затылке.

Заклинание уже было в полуметре от него, а он все еще не двигался. Потом шаг в сторону, полшага вперед, слегка нагнулся – и вот он уже в безопасности, хоть смертельный луч и просвистел буквально в нескольких сантиметрах над ним. Выпрямился, и злая улыбка на тонких губах выглядела действительно страшно. Эван, не отрываясь, следил за Грюмом, и во взгляде его читалась лютая ненависть – чувство, которое в дипломатичном Розье разбудить очень сложно. Эван резко бросился вперед, сокращая расстояние между собой и целью, а рука его одновременно творила Режущее – из кварты в септиму и вверх, через сиксту в терцию.

Нечеловеческий крик разорвал ночную мглу – Грюм рычал от боли, а кровь заливала его лицо, куда попало заклинание, но он все равно, отплевываясь, рвался к Эвану, отвлекшегося на другого аврора. В этот момент меня сбило с ног мощное, хоть и безобидное, заклинание, и, немного оглушенный, я отлетел в сторону. Пытаясь подняться на ноги, я понимал, что ничем не могу помочь приятелю. Но Барти… Барти Крауч внимательно наблюдал за происходящим, и он, в отличие от меня, находился в том самом идеальном месте, где ошибиться в траектории заклинания невозможно, где он прекрасно видел, что и зачем собирался предпринять Грюм… Видел, но ничего не делал. Даже палочку опустил.

– Эван, сзади! – я закричал что есть силы, чтобы предупредить Розье об опасности. Он обернулся ко мне, удивленно посмотрел и только в самый последний момент заметил летящее проклятие Грюма. Он даже не успел отступить, и через долю секунды зеленый луч с силой ударил его в грудь. Нелепо раскинув руки, Эван начал падать назад. Мне казалось, что падение это длится целую вечность. Я не слышал, как Крауч что-то кричал мне, я не слышал собственных криков, не видел, как остальные авроры бросились нас окружать; перед моим взором стояли удивленные широко раскрытые глаза Эвана, в которых читалось лишь одно: желание жить.

– Рабастан, уходим!!! – заорал Барти, вырывая меня из моего непонятного оцепенения. Он нырнул на землю, избегая столкновения с заклинанием, затем перекатился в сторону, поднялся на ноги и рванулся сквозь анти-аппарационный купол, туда, откуда можно было спокойно аппарировать в безопасное место.

Плечо обожгло раскаленным лучом – по касательной задело заклятие бегущего ко мне аврора. Я собрал всю свою ярость, сосредоточил как можно больше силы и послал в него мощную «Аваду», которой хватило бы на трех бойцов. От удара его тело отлетело назад, сбив с ног следовавших за ним напарников – это дало мне те несколько драгоценных секунд, чтобы оказаться в аппарационной зоне. Последний раз взглянув на распростертое тело Розье, я аппарировал.

С тех пор Эвана не стало.


5.

Июль 1981 г.


Смерть Эвана стала сильным ударом для боевой группы. Он обладал редким талантом очаровывать всех – вероятно, дар, заложенный в его гены тем самым демоном, от которых якобы произошли Розье. Как бы там ни было, принять его гибель было нелегко.

Я потерял за короткое время двоих самых близких друзей. И если Регулус всегда оставался немного в стороне, то Эван неизменно оказывался рядом в самые тяжелые периоды моей жизни. С его смертью из меня будто бы вырвали кусок души.

Сразу после того боя я был на грани – только появление Рудольфуса спасло Крауча от продолжительного «Круцио», которым я собирался его угостить. И, тем не менее, спустя какое-то время я понял, что это было запланированным убийством, что Крауч лишь исполнял приказания Лорда. Розье убрали точно так же, как убрали Регулуса.

Единственное, чего я не смог понять – за что? Эван не собирался выходить из игры, он собирался стоять ради своих до конца. Бессмысленная жертва.

Наше боевое звено в очередной раз изменилось – теперь к нам присоединилась сама Беллатрикс. Подозреваю, Лорд приставил ко мне двух самых преданных слуг, чтобы я не мог ускользнуть от его внимания. Впрочем, это не имело никакого смысла – я был создан для войны, жил ею, и мне было все равно за что воевать. Я не собирался уходить из Организации, не собирался никого предавать, и, тем более, не собирался переходить на чужую сторону.

Однажды вечером мы сидели в кабинете Рудольфуса в Лестрейндж-мэноре. Брат изучал очередной отчет своих ищеек, я равнодушно крутил в руках хрустальный бокал с огневиски и думал о том, что уже давно запутался в происходящем.

– Руди? Скажи мне честно… Ты ведь знаешь. Точно знаешь. За что их убили? – вопрос этот давно крутился у меня на языке, но только сейчас я решился высказать его.

Рудольфус медленно опустил на стол свои бумаги и внимательно на меня посмотрел:
– Я не знаю, что насчет Регулуса… Но Эван этого хотел сам.
– Какая чушь… Эван хотел жить. Я знаю, я видел это, – я с надеждой взглянул на Руди, надеясь, что он разуверит меня в причастности Лорда к смерти Эвана. Думать, что друг погиб в бою героем, было легче.
– Больше всего он хотел выйти из войны. Лорд всего лишь дал ему то, что он хотел. А Розье так и не научился формулировать свои желания, – жестокий блеск в глазах брата пугал меня. Как так получилось, что из нормальных людей мы все превратились в бездушных исполнителей чужой воли? Что привело нас к этому?
– И ты считаешь, что это правильно? – с горечью произнес я, избегая взгляда Рудольфуса. – Ты знал Эвана с детства. Драклы тебя дери, ты знал его почти все его двадцать с лишним лет! И ты дал убить его? А меня? Меня бы ты тоже не пожалел?

Брат покачал головой:
– Ты не допустил его ошибок. Ты все сделал правильно.

И в этот самый момент я понял, что не было никакого смысла в том, что мы делали последние несколько лет. Никому это не было нужно. Раз погнавшись за химерой, мы не смогли остановиться. Что мне оставалось делать? В одиночку бороться с этим я бы совершенно точно не смог.

Осушив стакан, я тихо добавил:
– Я пойду за тобой, куда бы ты ни сказал. Но и ты, пожалуйста, не бросай меня.

Рудольфус ничего не ответил, лишь кивнул коротко, но по этому сухому кивку я понял, что, что бы то ни было, он всегда будет рядом. Остальное казалось уже совершенно неважным.

@темы: Рабастан Лестрейндж, Конкурсная работа, Регулус Блэк, Ивэн Розье, Джен, Рудольфус Лестрейндж, Фик, Текст

Комментарии
2011-07-06 в 23:14 

Mila Badger
Первый раз читаю такой странный обезличенный пов. Почему-то чувства и эмоции у Рабастана кажутся не наигранными, а просто декларативными. Ощущение, что герой не сам пережил, а кто-то подробно пересказывает прочитанную по необходимости книгу.
Оценки поставлю чуть позже.

2011-07-07 в 02:18 

biocell
Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть.
9/8

2011-07-07 в 10:24 

Mila Badger
8/7

2011-07-07 в 13:03 

чертопоЛоки
ex-maayaota |Всем пончик|
а вот мне понравилось. Чувства, конечно, не очень ярки, но тут ведь воспоминания - со временем они просто забылись. 9/10

2011-07-07 в 17:58 

<Ammy>
Живет в сказке
8/4

2011-07-08 в 12:18 

Incognit_A
верховный аллюзионист
10/10

2011-07-11 в 22:45 

Гиллуин
Раскрытие темы - 10, общее впечатление - 8.

2011-07-16 в 10:31 

Лау
Spero meliora
10/10

2011-07-16 в 12:39 

СЮРприз*
«Не ведьма, а еще хуже» (с)
Очень странный образ Рабастана. ООС здесь нельзя сказать, ведь в каноне это не персонаж,а фигурант. Однако, весьма неожиданное решение темы задания
10/8

2011-07-17 в 01:49 

virago
вирок остаточний і набирає силу після нескінченного оскарження
тема очень удачно раскрыта, и очень удачный контраст между братьями;
спасибо

2011-07-17 в 21:47 

tmriddle
T. M. Riddle || if you need a miracle
10/8.

2011-07-20 в 19:46 

Svetonosec
Зло-это точка зрения...
10/9

2011-07-21 в 00:23 

Richard the Turd
я котофей я лучше чем кино
Первый раз читаю такой странный обезличенный пов.
Все бывает в первый раз. Иногда это даже бывает не больно ;)

biocell, Mila Badger, Гиллуин, лучи любви и благодарности за отметки.

Чувства, конечно, не очень ярки, но тут ведь воспоминания - со временем они просто забылись.
+1. да.

<Ammy>, о, Вам, сударыня, еще больше лучей любви и благодарности. Особливо за необъясненную 4ку.


Incognit_A, Лау,

благодарю за высокие оценки.

Очень странный образ Рабастана.
Все познается в сравнении. Образ странный по отношению к чему? К вашему фанону? К фанону других авторов?

тема очень удачно раскрыта, и очень удачный контраст между братьями;
спасибо

Вам спасибо.


Lord Voldemort, приятно видеть вас в этой теме.

Svetonosec, благодарю за отметку.

2011-07-21 в 15:40 

Ze11er
Бредоmaker.
Оставляю автору 10/10. :hlop:
Очень хорошо и интересно, особенно Регулус порадовал.

2011-07-22 в 17:10 

Лисицы потерянных снов
Нет ничего невозможного, если ты охренел до нужной степени.
9/9

2011-07-22 в 17:17 

<Ammy>
Живет в сказке
Автор Темных
Особливо за необъясненную 4ку.
Общее впечатление: ниже среднего.

2011-07-22 в 18:54 

Genossin
10/7

2011-07-22 в 21:36 

Kuakugawa
В каждой луже свой кусочек мира
8/9

2011-07-24 в 13:19 

rose_rose
Чту канон
Я согласна, что POV обезличенный - и, честно говоря, у меня не сложилось цельного образа Рабастана, не сложилось даже отчетливого ощущения этого персонажа, что несколько странно, ведь он здесь главный герой. Но мне очень понравилась линия Сириуса - Регулуса; в таких историях людей, оказавшихся по разные стороны баррикад, трагедия войны становится очевиднее, чем где-либо еще. И сопоставление/противопоставление двух пар братьев тоже понравилось, хорошо играет.

Честно говоря, резануло упоминание о том, что орденцы запросто применяли Непростительные - ладно еще авроры, которым Крауч разрешил, но вот даже про Грюма мы как раз знаем из канона, что он старался Непростительных не применять... Хотя это, видимо, идеологические разногласия, тут спорить бесполезно. :)

Спасибо за интересный фик.
:white:

2011-07-24 в 18:00 

zlimp
На АБ kozyabozya с 12.12.2007
9/9

2011-07-25 в 15:55 

Richard the Turd
я котофей я лучше чем кино
он здесь главный герой.
Не совсем. История не только и не столько о Рабастане.

он старался Непростительных не применять...
Старался не значит не применял. К тому же, автор абсолютно уверен в том, что каким бы ты ни был высокоморальным и принципиальным орденцем человек ни был, когда встает выбор между "убить" или "быть убитым", он все же выбирает первое.

Спасибо за интересный фик.
Вам спасибо за развернутый фидбэк ;)

2011-07-25 в 15:56 

Richard the Turd
я котофей я лучше чем кино
Общее впечатление: ниже среднего.
О, это все объясняет, конечно.

2011-07-28 в 15:19 

Rendomski
A magician might, but a pineapple never could (C).
Фик не трагически плох, но полно банальностей, огрехов, примеров неудачного стиля и неумения выразить в тексте эмоции, когда автор пишет о чувствах, а не передаёт их.
Эпизод, когда фигура в чёрном плаще объясняет: «Люк Сириус, я твой отец брат» — повеселил, хотя догадываюсь, что предназначение его было иное. :-D

8/7

2011-07-29 в 19:55 

Ба_лерина
10/3
полно банальностей
+1 И в сочетании с тем, что фик не зацепил, получилась низкая вторая оценка.

Албанские чтения

главная